Древнерусская литература

Древнерусская литература — период русской литературы с XI по XVII век[1].

Содержание

Общая характеристика

Древнерусская литература не механически заимствовала, но творчески преобразовала византийскую и болгарскую литературные традиции, с которыми она была тесно связана. Русь усваивала аскетическую византийскую традицию и не приобщалась к столичной константинопольской культуре, воспринимала только собственно христианскую литературу, исключая античную, имевшую широкое распространение в Византии. Одна из причин этого заключается в том, что схожая ситуацию уже была создана в южнославянской литературе, ставшей для русской образцом. Античное наследие, ставшее в Византии основой светской образованности, воспринималось на Руси как языческое, а потому вредное для человеческой души и не имеющее культурной ценности[2][3][4].

Литература Руси решала преимущественно внелитературные задачи. Важнейший принцип средневековой культуры «imitatio» (подражание, уподобление) предполагал, что благодатные дары приобретаются на пути приобщения к образцам, в том числе словесным. Поэтому главной задачей для древнерусских книжников виделось спасение души. Почти весь корпус известной литературы имел богословскую и религиозно-учительную направленность, включая летописные памятники. Такие своды, как «Измарагд», «Златая цепь», «Мерило Праведное», «Пчела», предназначались для того, чтобы сформировать у читателя навыки христианского служения. История, записанная в летописях, воспринимались в первую очередь как реализация Божьего промысла. Особняком среди сохранившихся произведений стоит «Слово о полку Игореве».

Извлечь из произведения духовную пользу можно было только при достоверном изложении событий — проявлений Промысла. Большинство повествовательных текстов отмечено установкой на достоверность. Об этом свидетельствуют отсылки к летописям, поиски прецедентов, интерес к мнению очевидцев. Повествователь стремился опереться или на сведения участников событий, или на традицию, которая считалась достоверным источником.

Важным способом освоения прошлого была ретроспективная аналогия. В «Слове о законе и благодати» библейские примеры используются для того, чтобы доказать преимущества христианской веры и прославить русский народ, приобщившийся к благодати. В летописях княгиня Ольга сравнивается с греческой царицей Еленой, а князь Владимир — с библейским Соломоном. Тексты были рассчитаны на фоновые знания читателя, на его знакомство с христианскими образами и богословием. Ретроспектива предполагала предрешённость событий. Помимо линейной концепции времени средневековая христианская космология предполагала соотнесение событий с первоначальным исходным состоянием, которое как бы никогда не исчезает. Идея линейного времени соединялась с идеей бесконечного возвращения, вечности. Отсюда характерная приверженность книжников к сюжетам и темам, которые были всегда актуальны. Воплощением этой идеи явилась христианская притча, герои которой не соотносятся с конкретной исторической эпохой. В житийной литературе святой может действовать вне привычных пространственно-временных категорий.

История и вечность не предполагали вымысла, художественной фикции. Уже в 1073 году составители «Изборника Святослава» предостерегали от иноземных мирских сочинений, основанных на художественном воображении[2].

Письменность и просвещение

Создание славянской азбуки связывают с именами византийских монахов Кирилла и Мефодия. Кириллом во второй половине IX века был создан глаголический алфавит (глаголица), на котором были написаны первые переводы церковных книг для славянского населения Моравии и Паннонии. На рубеже IX—X веков на территории Первого Болгарского царства в результате синтеза издавна распространённого здесь греческого письма и тех элементов глаголицы, которые удачно передавали особенности славянских языков, возникла азбука, получившая позже название кириллица. В дальнейшем этот более лёгкий и удобный алфавит вытеснил глаголицу и стал единственным у южных и восточных славян.

Крещение Руси способствовало широкому распространению и быстрому развитию письменности и письменной культуры. Существенное значение имело то, что христианство было принято в его восточном, православном варианте, допускавшем, в отличие от католичества, богослужение на национальных языках. Это создавало благоприятные условия для развития письменности на родном языке.

Развитие письменности на родном языке привело к тому, что русская церковь с самого начала не стала монополистом в сфере грамотности и образования. О распространении грамотности среди различных слоёв городского населения свидетельствуют берестяные грамоты, обнаруженные во время археологических раскопок в Новгороде и других городах. Это письма, памятные записки, учебные упражнения и т. п. Письмо, таким образом, использовалось не только для создания книг, государственных и юридических актов, но и в быту. Нередко встречаются надписи на ремесленных изделиях. Простые горожане оставляли многочисленные записи на стенах церквей Киева, Новгорода, Смоленска, Владимира и других городов.

 
Киево-Печерская лавра

Большая часть памятников письменности домонгольского периода погибла во время многочисленных пожаров и иноземных нашествий. Сохранилась только их незначительная часть. Древнейшими из них являются «Остромирово Евангелие», написанное дьяконом Григорием для новгородского посадника Остромира в 1057 году, и два «Изборника» князя Святослава Ярославовича 1073 и 1076 годов. Высокий уровень профессионального мастерства, с которым выполнены эти книги, свидетельствует о налаженном производстве рукописных книг уже в первой половине XI века, а также об устоявшихся в этому времени навыках «книжного строения».

Переписка книг велась, в основном, в монастырях. Ситуация изменилась в XII веке, когда в крупных городах также возникло ремесло «книжных описателей». Это говорит о возрастающей грамотности населения и возросших потребностях в книгах, которую не могли удовлетворить монастырские писцы. Переписчиков книг содержали при себе многие князья, а некоторые из них и переписывали книги самостоятельно.

 
Владимир Святославович

В то же время, основными центрами книжности продолжали оставаться монастыри и соборные церкви, где существовали специальные мастерские с постоянными коллективами переписчиков. Они занимались не только перепиской книг, но и вели летописи, создавали оригинальные литературные произведения, переводили иностранные книги. Одним из ведущих центров этой деятельности был Киево-Печерский монастырь, в котором сложилось особое литературное направление, оказавшее большое влияние на литературу и культуру Древней Руси. Как свидетельствуют летописи, уже в XI веке на Руси при монастырях и соборных церквах создавались библиотеки, имеющие до нескольких сотен книг.

Нуждаясь в грамотных людях, князь Владимир Святославич организовал первые школы. Грамотность не была привилегией только господствующего класса, она проникала и в среду горожан. Обнаруженные в значительном количестве в Новгороде грамоты, написанные на бересте (с XI в.), содержат переписку простых горожан; делались надписи и на ремесленных изделиях.

Образованность весьма ценилась в древнерусском обществе. В литературе того времени можно найти немало панегириков книге, высказываний о пользе книг и «книжного учения».

История литературы

 
Настолование митрополита Илариона (миниатюра Радзивиловской летописи)

С принятием христианства Древняя Русь была приобщена к книжной культуре. Развитие русской письменности постепенно стало основой для возникновения литературы и было тесно связано с христианством. Несмотря на то, что письменность была известна в русских землях и ранее, только после крещения Руси она получила широкое распространение. Также она получила основу в виде развитой культурной традиции восточного христианства. Обширная переводная литература стала основой для формирования собственной традиции.

Для оригинальной литературы Древней Руси характерны большая идейная насыщенность и высокое художественное совершенство. Её ярким представителем был митрополит Иларион, автор известного произведения «Слово о законе и благодати», датируемого серединой XI века. В этом произведении чётко проявляется мысль о необходимости единства Руси. Использовав форму церковной проповеди, Иларион создал политический трактат, в котором нашли отражение злободневные проблемы русской действительности. Противопоставляя «благодать» (христианство) «закону» (иудаизм), Иларион отвергает свойственное иудаизму понятие богоизбранничества и утверждает идею перенесения небесного внимания и расположения с одного избранного народа на все человечество, равноправия всех народов.

 
Нестор Летописец, автор «Повести временных лет» (скульптура работы М. Антокольского)

Выдающимся писателем и историком был монах Киево-Печерского монастыря Нестор. Сохранились его «Чтение» о князьях Борисе и Глебе и ценное для истории быта «Житие Феодосия». «Чтение» написано в несколько отвлеченном стиле, в нём усилены назидательные и церковные элементы. Примерно к 1113 году относится выдающийся памятник древнерусского летописания — «Повесть временных лет», сохранившаяся в составе более поздних летописных сводов XIV—XV веков. Этот труд составлен на основе более ранних летописных сводов — исторических произведений, посвящённых прошлому Русской земли. Автор «Повести», монах Нестор, сумел живо и образно рассказать о возникновении Руси и связать её историю с историей других стран. Основное внимание в «Повести» уделено событиям политической истории, деяниям князей и других представителей знати. Хозяйственная жизнь и быт народа описаны менее детально. Отчетливо проявилось в летописи и религиозное мировоззрение её составителя: конечную причину всех событий и поступков людей он видит в действии божественных сил, «провидения». Однако за религиозными расхождениями и ссылками на волю Бога часто скрываются практический подход к действительности, стремление выявить реальные причинно-следственные связи между событиями.

В свою очередь, Феодосию, игумену Печерского монастыря, о котором также писал Нестор, принадлежит несколько поучений и посланий к князю Изяславу.

 
«Завещание Владимира Мономаха детям». Литография 1836 года по рисунку Бориса Чорикова.

Выдающимся писателем был Владимир Мономах. Его «Поучение» рисовало идеальный образ князя — справедливого правителя, затрагивало насущные вопросы современности: необходимость сильной княжеской власти, единство в отражении набегов кочевников и т. д. «Поучение» является произведением светского характера. Оно проникнуто непосредственностью человеческих переживаний, чуждо отвлечённости и наполнено реальными образами и примерами, взятыми из жизни.

Вопрос о княжеской власти в жизни государства, о её обязанностях и способах осуществления становится одним из центральных в литературе. Возникает мысль о необходимости сильной власти как условия успешной борьбы с внешними врагами и преодоления внутренних противоречий. Эти размышления воплощены в одном из самых талантливых произведений XII—XIII веков, дошедшего до нас в двух основных редакциях «Слово» и «Моление» Даниила Заточника. Убеждённый сторонник сильной княжеской власти, Даниил с юмором и сарказмом пишет об окружающей его печальной действительности.

Особое место в литературе Древней Руси занимает «Слово о полку Игореве», датируемое концом XII века. В нём повествуется о неудачном походе на половцев в 1185 году новгород-северского князя Игоря Святославовича. Описание этого похода служит автору только поводом для размышления о судьбах Русской земли. Причины поражений в борьбе с кочевниками, причины бедствий Руси автор видит в княжеских междоусобицах, в эгоистической политике князей, жаждущих личной славы. Центральным в «Слове» является образ Русской земли. Автор принадлежал к дружинной среде. Он постоянно пользовался свойственными ей понятиями «честь» и «слава», но наполнял их более широким, патриотическим содержанием. В «Слове о полку Игореве» воплотились характерные черты древнерусской литературы того времени: живая связь с исторической действительностью, гражданственность и патриотизм.

Большое влияние на русскую культуру оказало Батыево нашествие. Первая работа посвященная нашествию — «Слово о погибели Русской земли». Данное слово дошло до нас не полностью. Так же Батыевому нашествию посвящена «Повесть о разорении Рязани Батыем» — составная часть цикла повестей о чудотворной иконе Николы Зарайского. Примером сохранения в XIII веке традиций торжественного и учительского красноречия являются наставления («Слово о маловерии» и др.) Серапиона Владимирского.

См. также

Примечания

  1. Курилов, А. С. История русской литературы XI—XX веков. — Наука, 1983. — С. 7.
  2. 1 2 Каравашкин А. В. Литературный обычай Древней Руси (XI —XVI вв.). — М.: РОССПЭН, 2011. — 544 с.
  3. Петрухин В. Я. Русь в IX—X веках. От призвания варягов до выбора веры. — 2-е изд., испр. и доп. М. : Форум : Неолит, 2014. С. 418.
  4. Живов В. М. Религиозная реформа и индивидуальное начало в русской литературе XVII века // Живов В. М. Разыскания в области истории и предыстории русской культуры. М., 2002. С. 320.

Литература

  • Словарь книжников и книжности Древней Руси : [в 4 вып.] / Рос. акад. наук, Ин-т рус. лит. (Пушкинский Дом) ; отв. ред. Д. С. Лихачёв [и др.]. — Л. : Наука, 1987—2017.
  • Будовниц И.У. Общественно-политическая мысль Древней Руси XI-XIV вв.. — М.: Издательство Академии наук СССР., 1960. — 488 с.
  • Древнерусская литература в исследованиях: Хрестоматия / Сост. В. В. Кусков. — М.: Высшая школа, 1985. — 336 с. — 8000 экз.
  • Кусков В.В. Древнерусские предания (XI-XVI вв.). — М.: Советская Россия, 1982. — 368 с.
  • Кусков В.В. История древнерусской литературы. — Высшая школа, 1989. — ISBN 5-06-000248-9.
  • Остапенко И. Древнерусские повести. — Пермь: Пермское книжное издательство, 1991. — 271 с.
  • Рыбаков Б. А. Древняя Русь: Сказания. Былины. Летописи. — М.: Академический проект, 2016. — 495 с. — ISBN 978-5-8291-1894-5.
  • Творогов О.В. Древнерусские хронографы. — М.: Наука, 1975. — 322 с.
  • Щапов Я.Н. Письменные памятники истории Древней Руси. Летописи. Повести. Хождения. Поучения. Послания.. — Санкт-Петербург: Русско-Балтийский информационный центр "БЛИЦ", 2003. — 384 с. — ISBN 5-86789-140-2.
  • сост. и примеч. Дмитриев Л., Понырко Н. Изборник. Повести Древней Руси. — М: Художественная литература, 1987. — 447 с. — (Классики и современники. Русская классическая литература). — 400 000 экз.

Ссылки